Публикации

Всё могло быть иначе

Вы когда-нибудь подсчитывали, сколько раз в день мы едим, перекусываем, чаи попиваем с конфетками, пирожными, с лимончиком, молочком, покрепче, погорячей… У каждого свои пристрастия в еде, свои причуды, свои странности (как, впрочем, и во всём остальном). Бывает, правда, среди нас аскеты встречаются. Какие-нибудь ограничения в еде себе  устанавливают и потом их придерживаются какое-то время или даже всегда. Но и они всё-таки тоже едят. Потому что мы так устроены, без еды обречены на вымирание. Кто-нибудь может, конечно, возразить и привести примеры, когда люди десятилетиями не едят и не пьют ничего и живут себе потихоньку, не умирают, наоборот, только укрепляются духовно и совершенствуются физически. Но давайте всё необычное в сторону сейчас отметём, а поговорим об обычных людях, проживающих в нашем городе, конкретно об одном человеке, 32-х-летней женщине, Юле Ласицких, которая несколько лет уже ничего почти не ест. И не потому что не хочет, а попросту не может. Развившаяся в ней за последние восемь лет болезнь держит её в буквальном смысле на жесточайшем голодном пайке. Даже знакомые врачи не скрывают удивления, когда в очередной раз её видят: «Как! Вы ещё живы до сих пор?» А она и в самом деле жива. Более того, очень надеется на то, что и до неё, наконец, дойдёт очередь, обратят на неё своё внимание специалисты и на самом деле помогут, излечат от недуга, который вполне поддаётся лечению хирургическим путём.

 Только почему-то этот единственно возможный хирургический путь Юле Ласицких никто не предлагает, ей даже ничего не говорят про него на протяжении восьми уже лет. Она сама о нём узнала недавно из Интернета. Узнала и вопрос специалистам задала: «А что, и правда возможно мне излечиться?» Врачи подтвердили, что, в принципе, Юлина болезнь лечится, но у нас в городе таких операций не делают.  И всё на этом. Предложения поставить больную в очередь на операцию по квоте в другом городе Казахстана как ни поступало прежде, так не поступает и теперь. И вообще никаких новых предложений относительно запущенной её болезни никто из специалистов не выдвигал. Просто лечат погибающую медленной голодной смертью женщину «Лактоном» (таблетки такие для восстановления функций кишечника) и диету советуют соблюдать, которую она и сама много лет безо всяких советов вынуждена строжайше выдерживать. А в последнее время и вовсе ничего не ест человек. Что с ним дальше будет? Страшно представить.

В минувшую пятницу к нам в редакцию пришла Оксана Овчинникова. Представилась подругой Юли Ласицких. Десять лет назад они вместе, будучи совсем ещё молодыми девчонками, начинали свою трудовую деятельность продавцами на рынке. Оксана так там до сих пор и работает, а Юля с 2004-го года вообще нигде работать не может. Теперь она даже передвигается с трудом. В общем, очень переживает Оксана за свою подругу, поэтому и обратилась в газету за помощью. Но для этого необходимо как минимум встретиться с самой Юлей, а она явно встречаться с журналистами не хотела: «Как-нибудь само пройдёт, может быть?». Всё же удалось в этот же день встретиться и побеседовать. Вот результаты.

На 12-м этаже семейской многоэтажки проживает Юля Ласицких вместе со своими родителями и двенадцатилетней дочкой Ангелиной. Высохшая до костей, она почти не передвигается даже по комнате. Видеть до такой степени измождённого человека очень тяжело. Но ещё тяжелее было выслушать историю её болезни. «Мы что, не в 21-м веке живём, а в каменном? Выходит, мы люди с каменными сердцами и с каменным же, непоколебимым равнодушием?», – думалось мне во время беседы с Юлей и её мамой Любовью Моисеевной. И хотя знаю, что это не так, всё же и теперь, размышляя над её судьбой, не перестаю удивляться: почему так случается в жизни, что в иных случаях стоит только постучаться, и все двери перед тобой распахнутся, а иногда, сколько ни бейся, никто не поможет, не подскажет, не посодействует?

Болезнь началась с обычной диареи, от которой привычными способами никак не удавалось избавиться. Юля обратилась к врачу, что-то ей прописали, она это что-то начала принимать в точности по назначению. Не помогло. Снова обратилась, снова выписали, опять не помогло. Целый год обращалась. За этот год ей поставили, по крайней мере, несколько разных диагнозов. Вот некоторые из них: панкреатит, холецистит, гастрит. По каждому из диагнозов делались особые назначения, пробовали и то, и это: не помогало, становилось всё хуже и хуже. Спустя год, в марте 2005-го года, уже изрядно ослабшую от болезни Юлю положили в больницу. Месяц она там пролежала, и без малейших изменений в самочувствии к лучшему вернулась домой. В июле того же года её направили на  обследование кишечника, и  поставили, наконец, уже окончательный диагноз: неспецифический язвенный колит в запущенной стадии. С этим новым диагнозом Юлю положили в гастроэнтерологию, предварительно обнадёжив: вылечим! Дескать, не переживай и носа не вешай. Главное, как было сказано, предписания врачей нужно соблюдать. Она и соблюдала, и прописанную ей тогда диету, и приём по расписанию новых дорогущих таблеток, уколы, какие необходимо, получала, словом, всё, что советовали специалисты, делала, лишь бы уж выздороветь поскорей. А то ж вон и дочка подрастает, в школу уже пошла, столько внимания ей нужно уделять и сил. А сил-то как раз и не было, а те, что ещё оставались, стремительно покидали молодую женщину. Через год Юля прошла повторное обследование кишечника, и оно показало с неутешительной очевидностью, что назначенное ей лечение вообще не дало никаких результатов, язвы на кишечнике только размножились, а те, что раньше были, увеличились в размерах, хотя по прогнозам докторов должны были, наоборот, затянуться и зажить. Почему не затягиваются и не заживают язвы, никто выяснять не стал. Просто дали человеку вторую группу инвалидности, чтобы уже сама как-нибудь свой век коротала со своими незаживающими язвами. И на том, конечно, спасибо, потому что по нынешним временам для многих из нас и день скоротать – дорогого стоит.

« На истлевшую насквозь тряпку похож мой кишечник сегодня», – сквозь вымученную улыбку говорит Юля. Несложно заметить, с каким трудом ей даётся каждое движение, даже движение губами. Похоже, она совсем уже смирилась со своей судьбой, полагается в основном на Всевышнего, и только изредка врачей беспокоит своими просьбами хотя бы как-нибудь облегчить её участь. Понятно же, пока больной жив, у него случаются обострения в течение болезни, когда совсем уж невмоготу терпеть. В начале текущего месяца, 3 июля, если быть совсем уже точным, Юля почувствовала себя необычайно худо. Вызвали «Скорую». Подоспевшие на помощь сердобольные врачи, решив, что нельзя оставлять пациентку без последующей медицинской помощи, отвезли её в стационар. Доставили прямиком в приёмный покой и, разумеется, уехали. В приёмном покое Юля вместе с мамой провела 4(!) часа. Когда в начале четвёртого часа изнурительного ожидания она в прямом смысле рухнула на пол, на неё, наконец, обратили внимание. Измерили давление, а когда убедились, что оно устремилось к нулю, положили на каталку и попытались поставить капельницу, чтобы хоть как-то его поднять. Капельницу поставить не удалось, потому что вены у больной на обеих руках такие уж невидимые, что надо быть действительно хорошим специалистом, чтобы до них иголкой добраться. С исколотыми напрасно руками, с неосуществившимися надеждами лечь в больницу и какое-то время побыть под присмотром врачей, хотя бы чуть-чуть подлечиться, Юля в девятом часу вечера вернулась домой с опустошающим чувством досады за вынесенные совершенно безрезультатно страдания. Вы спросите: почему её не положили в больницу? И я спросила: почему? Оказывается, как объяснили Юле и её родителям, нет показаний для того, чтобы положить пациента с таким диагнозом в больницу. Справедливости ради стоит отметить, что медики выразили недоумение и одновременно сочувствие по поводу её немыслимой худобы и предложили обследоваться… в туберкулёзном диспансере. От этого предложения Юля, разумеется, отказалась.

Я всё думаю, почему ей было отказано в госпитализации даже при том, что она не сама себе её выдумала, а врачи скорой медицинской помощи так решили и доставили в стационар? Может, врачи не находят смысла в поддерживающей терапии? Видят, что человек практически умирает, ну так пусть он уже дома это делает, постепенно, с чувством, с толком, с расстановкой. Ни к чему ему уже лишние инъекции, капельницы и прочая суета вокруг него. Ведь и правда, пока они там ограниченными своими силами суетятся возле больного с неизлечимой болезнью, кто-то другой может остаться без помощи, умереть может, потому что на него времени и сил не хватило (элементарно – место в стационаре было занято). Поэтому, быть может, и отправили Юлю домой. Слава Богу, мама была рядом с нею и папа. Я даже не хочу представлять такое, что ведь их могло бы и не быть рядом мало ли по каким причинам. Но они были, вызвали такси, отец на руках донёс дочку до салона, а потом на руках в квартиру, что на 12-м этаже городской многоэтажки.

Недавно Юля вычитала в Интернете о том, что неспецифический колит не поддаётся лечению медикаментозным путём. Очень удивилась, ведь все эти годы врачи только и делали, что обещали её вылечить (особенно в самом начале болезни обещали, и даже уже после того, как диагноз был вынесен, не переставали обещать). Любопытно, что никто ни разу даже не заикнулся об единственно возможном для неё пути исцеления: хирургическом. Отечественная медицина давно практикует операции по замене больного кишечника на новый, искусственный. Правда, у нас в городе пока таких операций не делают, но мало ли чего у нас ещё не делают. Главное, что это в принципе возможно. И наши специалисты подтвердили (когда Юля сама обратилась к ним с вопросом): операция действительно может всё исправить. И тут же добавили, как бы даже не без сожаления: вот бы сразу эту операцию сделать, когда ещё не было так всё запущено…

Чего уж теперь вздыхать об упущенных возможностях. Необходимо срочно помочь человеку на том этапе, на каком ему приходится пребывать спустя восемь лет(!) не поддающейся лечению лекарствами болезни. Пока ещё можно помочь, пока жив ещё человек, пока непоправимое не случилось. Поэтому большая человеческая просьба ко всем, от кого это зависит: поставьте, пожалуйста, Юлю Ласицких в очередь на операцию по замене кишечника по квоте. 

Читайте также

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Close