Публикации

В Семее смертельно больной женщине не выставлен диагноз из-за отсутствия документов

За последние несколько месяцев Любовь Аркадьевна Терешкина похудела килограммов на 20. Женщина тает буквально на глазах. Ей уже трудно говорить, а самостоятельно ходить она и вовсе не может. Единственная её надежда и поддержка – это муж, Сергей Иванович Терешкин, который трудится без выходных, за полторы тысячи тенге в день – 45 тысяч в месяц, из которых 12 нужно заплатить за аренду дачи, как минимум 6 тысяч тенге потратить на лекарства и на остатки умудриться ещё вдвоём прожить. Но речь сейчас не о том, что заработать на достойную жизнь многим сегодня трудно, практически невозможно. Сейчас вообще не речь, а крик. Крик о помощи, потому что человек погибает, и помочь ему кроме мужа, который сам нуждается в поддержке, некому.

Главная беда супружеской четы, воспитавшей четверых детей и уже дождавшейся четырёх внуков, заключается в отсутствии документов. Удостоверения личности не имеет ни сам глава семьи, ни его супруга. У Любови Аркадьевны есть справка о том, что она родилась под Алма-Атой, а у Сергея Ивановича есть военный билет, удостоверяющий факт его службы в советской армии. Вот, собственно говоря, и всё, что у них есть. В настоящее время супруги снимают дачу на дачном массиве «Правый-Береговой». В Семей на постоянное место жительства переехали нынешней весной, а до этого проживали и работали оба в сельской местности. Любовь Аркадьевна, которой, к слову сказать, всего 52 года, и она всегда вела исключительно здоровый образ жизни, по образованию швея-мотористка. В своё время получила диплом о среднем специальном образовании с отличием и в советскую ещё бытность работала по специальности в швейной мастерской. В 1984 году встретила своего суженого, и они сыграли свадьбу. В браке у них народилось четверо детей, три сына и дочь. Всех воспитали, всем дали образование, все они давно обосновались в России, к родителям наведываются нечасто. Свою маму в таком вот виде и состоянии, в каком она сейчас пребывает, никто из них ещё не видел. Люба с Сергеем стараются никого не напрягать своими проблемами. Наоборот, сожалеют, что сами не имеют возможности помочь детям, не могут наведаться к внукам. Причём не только потому, что денег на билеты нет, а главным образом, потому, что нет документов.

– Документы мы потеряли ещё в начале 90-х, – говорит Любовь Аркадьевна. – У нас были старые паспорта, выданные ещё при Советском Союзе, так вот их мы и потеряли при переездах. Несколько раз пытались получить документы нового образца, но ничего из этого у нас не вышло. Всё это было дорого, хлопотно, требовало времени и сил.

Всё время и силы уходили у обоих супругов на то, чтобы заработать лишнюю копейку (четверо детей в семье ко многому обязывает), всех накормить, обуть, одеть. И когда дети поступили в российские вузы, тоже посчитали преступлением тратить деньги на восстановление документов (в 1998-м году в миграционной службе им сказали заплатить по 20 тысяч тенге за каждого, чтобы дело сдвинулось с места), крутились оба как белки, каждый в своём колесе, чтобы помочь детям и самим как-нибудь выжить. Десятилетиями крутились, а силы, между тем, иссякали. А вместе с силами и здоровье.

Несколько лет назад у всегда цветущей и жизнерадостной Любочки начались серьёзные проблемы со здоровьем. Болел желудок. Иногда так нестерпимо он болел, что приходилось бросать работу в деревне и ехать в город, где её на удивление принимали в СВА, наверное, благодаря городской прописке, которую она с 1992 года имеет и бережёт как зеницу ока. Когда нужно, идёт в адресное бюро и берёт справку о прописке. Видимо, таким же образом удалось несколько

раз пролечиться в стационаре. Однако это удача (стационарное лечение в городской больнице, раз в год по 10 дней в течение шести лет подряд) не принесла здоровью женщины существенной пользы. На фоне болезни желудка и поджелудочной железы у неё развился сахарный диабет, при норме 3,2-5,5 ммоль/л у неё сахар, бывает, зашкаливает за 20. Человек с такими показателями давно уже должен сидеть на инсулине, и его дают всем инсулинозависимым больным в нашем государстве в полном объёме бесплатно. Разумеется, всем, у кого есть документы. У Любы Терешкиной их нет. Именно потому, что у неё нет документов, её не принимают на бесплатной основе в больницах, она не получает инсулин, от которого, по всей видимости, зависит её жизнь, и она (жизнь) висит буквально на волоске, вот-вот оборвётся. Такая бесценная человеческая жизнь висит на волоске, но всем, похоже, до этого нет никакого дела. Наша медицина руководствуется действующими в нашей медицине правилами, и ещё, возможно, чем-нибудь руководствуется. Наши ЦОНы тоже функционируют по установленному образцу, за рамки не выбиваются. Наши работодатели, руководствуясь фундаментальными законами капитализма, не сильно сочувствуют своим здоровым работникам, и зарплату им платят в большинстве случаев минимальную. А больных – увольняют. Кому они нужны – больные? Наша Конституция, которая каждому своему гражданину гарантирует крышу над головой, тоже много лет уже сама по себе существует, в большом отрыве от простого народа, который эту крышу часто из последних сил где-нибудь на задворках города арендует. И никому нет дела до того, ел он сегодня чего-нибудь и есть ли у него на завтра деньги на проезд, чтобы он до своей работы доехал, заработал какую-нибудь копейку и купил бы своей больной жене сахаропонижающие таблетки, которые ей уже, впрочем, не помогают, потому что она нуждается в инсулине.

– Я всегда была сильной, – рассказывает о себе Любовь Аркадьевна. – Ещё в прошлом году работала поваром, кормила бригаду строителей, никто не жаловался – всё всегда у меня вкусно получалось, потому что с душой готовила. А теперь я даже вставать сама боюсь с кровати, недавно упала и не смогла самостоятельно подняться, лежала на полу до вечера, пока муж не пришёл. Спасибо ему, другой бы бросил давно, а мой Серёжа терпит, старается заработать, покупает мне дорогие лекарства. 34 года мы с ним прожили вместе, никогда не ругались. Разве ж можно было такое представить, что я буду ему в тягость, не смогу ему ничем помочь, наоборот, ему за мной ухаживать придётся? Нет, конечно, даже в страшном сне такое не могло мне присниться. Я теперь часто думаю об этом, и мне хочется выйти на дорогу и броситься под машину, чтобы разом всех от себя освободить и самой освободиться.

После инсульта Люба говорит медленно, путается в датах, не может точно вспомнить, когда она уже так заболела, что даже белый свет стал ей не мил. Кажется, в октябре прошлого года это случилось. Первое время она продолжала работать, сидя на табуретке картошку чистила, крошила… А потом и сидя не смогла. В мае этого года было принято решение перебраться в город, поближе к цивилизации и медицине. Перебрались, но ближе, ни к тому, ни к другому не стали. Живут на отшибе, в дачном неблагоустроенном домике. А медицина женщине доступна разве что в виде возможности вызвать изредка «Скорую», которая, надо отдать должное, приезжает, по мере надобности снижает давление и уровень сахара в крови, но в стационар не везёт, потому что заранее понятно: там её без документов не примут.

Человек медленно, но верно погибает. Теперь уже поздно сожалеть о, возможно, допущенных раньше ошибках, когда оба супруга были на ногах и при здоровье, но всё-таки пустили на самотёк ситуацию с утерянными документами, не учли,

насколько это серьёзно, не направили все свои усилия по горячим следам в одну точку, чтобы восстановить документы, чего бы это ни стоило. А теперь эта ошибка подвела молодую ещё женщину к пропасти, к безвыходной на текущий момент ситуации, когда, утратив здоровье до уровня первой степени инвалидности, она не получает не только никакой пенсии (хотя бы по третьей группе), но даже самой обычной медицинской помощи не получает. Необходимо человеку помочь. Наверняка есть пути к реабилитации после перенесенного на ногах инфаркта и микро инсульта. Наверняка пути есть, но сама Люба, находящаяся в крайней степени истощения, их не найдёт. Ей нужно помочь.

Обращаемся к работникам ЦОНа: помогите семье Терешкиных восстановить документы. Ведь не с неба же они упали на нашу землю, Иван и Любовь Терешкины, и не из-за границы они к нам приехали. Они прожили в Казахстане всю жизнь, работали всегда в Казахстане, о чём свидетельствуют их трудовые книжки, детей рожали и воспитывали в Казахстане, в конце концов, с 1992 года оба прописаны в нашем городе. Разве этого всего не достаточно для того, чтобы они смогли получить документы, жизненно необходимые вообще всем людям. И уж тем более, попавшим в такую большую беду, когда для восстановления здоровья требуется особое питание, дорогостоящие медпрепараты, улучшенные жилищные условия, а ничего этого нет, и взять негде, и рассчитывать не на что, тем более без документов.

П.С. 21 июля 2018 года Любовь Терешкина умерла…

 

Читайте также

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Close