Публикации

В Семее бабушка оставила наследство в сто тысяч тысяч долларов чужим людям

В декабре прошлого года на окраине Семея умерла престарелая одиноко проживавшая бабушка. Наследство, которое она после себя оставила, на вскидку оценивается в 100 тысяч долларов, – это дом с приусадебным участком и всеми необходимыми на нём постройками, двухкомнатная квартира новой планировки с евроремонтом и дорогой мебелью, золотые ювелирные изделия и прочие драгоценности. А ещё 30 тысяч долларов у неё на сберегательных книжках в разных банках лежало. Но теперь уже не лежит. Потому что за 12 дней до своего ухода смертельно больная Вера Никитична написала завещание на пятидесятилетнюю Ирину, совершенно чужую тётку, не имеющую к роду зажиточной бабушки ровным счётом никакого отношения. Близкие родственники Веры Никитичны, в том числе и родная дочка, приехавшая на похороны матушки из другой страны, пытались в суде восстановить свои права на наследство. Но все их попытки оказались тщетными. Суд постановил оставить завещание покойницы в силе, ведь это её последняя воля.

Трое детей было у Веры Никитичны. О первом ребёнке от первого брака она дипломатично не рассказывала никому и никогда. Двое других родились в 60-е годы прошлого века и находились всегда в поле зрения у свидетелей и очевидцев этой истории. Семья жила на окраине города, взрослые работали, дети учились, все вместе разводили живность в подсобном хозяйстве, выращивали овощи и фрукты на своём огороде, излишки продавали, деньги копили. Главной в семье (так все говорят, кто семью хорошо знал) была Вера Никитична, а для самой Веры Никитичны главными были  деньги. И хотя денег в семье вечно не хватало, их не было ни на хорошую одежду для детей, ни на их школьное и последующее обучение (школа помогала всегда бесплатными обедами и одеждой), на самом деле деньги у Веры Никитичны всегда были. Они придавали женщине уверенности в собственных силах и завтрашнем дне, в некотором смысле величия собственной персоне придавали. Сказать, что дети Веры Никитичны, сын и дочь, росли как трава у дороги, не скажешь. Они находились всегда под пристальным вниманием матери и – работали, по хозяйству ей, как могли, помогали, потому что хозяйство стабильно приносило прибыль. А чем больше прибыли, тем, понятное дело, лучше. Сын после школы даже не стал никуда поступать, работать пошёл по совету матери, дополнительные деньги в семью начал приносить. В положенный срок его призвали в армию, попал бедолага в Афганистан, и там его убили. Матушка погоревала, конечно, но не забыла при этом начать хлопоты по частичному хотя бы возмещению невосполнимой утраты. В результате ей выделили двухкомнатную квартиру, которую она принялась тут же сдавать, а деньги – копить.

Муж у Веры Никитичны вскоре после гибели сына умер. А когда единственная теперь уже дочка вышла замуж, она выделила ей под жильё времянку в огороде отчего дома. Вместе с мужем молодая женщина продолжала изо всех сил помогать матери богатеть. Соорудили теплицу, стали выращивать ранние помидорчики, огурчики, укроп, петрушку, редиску. У молодых сын родился. Ребёнок родился больным, требовал повышенного к себе внимания и средств на лечение. Но состоятельная бабушка не спешила помогать. Наоборот, ворчала на дочку, что та недостаточно в хозяйство вкладывается, мало помогает. О взаимоотношениях матери с дочерью красноречиво свидетельствует такой случай. Пожар во времянке случился, где дочка с внуком и зятем проживали. Молодая женщина обратилась к матушке с просьбой, чтобы дала несколько досок, с оных времён в сарае лежащих. В ответ получила отказ, а вслед за ним великодушное предложение купить эти доски у неё. Всё равно ж так или иначе придётся их где-нибудь покупать, транспорт нанимать, чтобы их домой привезти. А если купить доски из собственного сарая по рыночной цене, то и хлопот меньше, и дешевле обойдётся, потому что машину нанимать не придётся. Погорельцам куда деваться? – воспользовались предложением матери, доски у неё купили. И так – во всём и всегда.

Восемь лет назад ютившиеся во времянке дочка  с зятем и больным ребёнком решили уехать в Россию. Мать к этому их решению отнеслась  равнодушно: ваше дело, здесь хоть времянка, да своя, а там вообще ничего нет. Если они надеются, что она станет им помогать, то напрасно. Но они не надеялись ни на что, подумали, что хуже не будет. Куда уж хуже? Легче им в России и в самом деле не стало. Сняли угол, купили кусок земли и начали строиться. До сих пор строятся, конца строительству не видно. С матерью связи не поддерживали, только узнавали от родственников о её здоровье, и всё. А мать и вовсе судьбою дочки не интересовалась, как она за тридевять земель киселя хлебает, её это не касается. С оставшимися в городе родственниками тоже разругалась. Какие-то они все не такие. Хотя они продолжали время от времени наведываться к ней в гости, с днём рождения всякий раз приходили поздравить, подарки приносили. Но своенравная Вера Никитична давала всем им понять: ни к чему это всё, не нуждается она в их внимании. А если они в отношении наследства, которое она рано или поздно оставить должна, то она всё давно распределила, каждому по заслугам от неё достанется. Квартира – внуку, дом – такому-то родственнику, драгоценности – такому-то, деньги – тому, новые пододеяльники – этому, и так далее по списку. Только дочке ничего не даст, – не заслужила. Так Вера Никитична говорила не раз, и родственникам доводилось слышать эти её высказывания неоднократно.

Восемь лет назад, как только дочка с семьёй в другую страну переехала, рачительная бабушка окончательно перестала огородом своим заниматься, потому что помогать-то ей в этом нелёгком деле некому стало. Переселилась Вера Никитична в благоустроенную свою квартиру, а в дом квартирантов пустила. Тут же откуда не возьмись жених объявился, свататься пришёл к богатой невесте, детей своих на первом же знакомстве представил, сына и дочь Ирину. Дети у жениха были такого же возраста как у самой невесты, по пятому десятку уже разменяли. Жених стал ещё какие-то сходные в их судьбах параллели обнаруживать, но строптивая невеста как-то очень уж быстро отшила жениха вместе с его параллелями. Зато его дочка вцепилась в бабушку, как репейная колючка цепляется за волосы: так просто не выдерешь, разве что только вместе с волосами. Ненавязчиво посещала женщина незнакомую ей прежде пожилую женщину раз примерно в полгода, а то и чаще, позванивала, про здоровье спрашивала. Словом, не выпускала богатую и, по сути, одинокую женщину из поля своего внимания все эти годы. Пусть изредка, но захаживала к бабушке, и той это было, несомненно, приятно. В последний раз Ирина глубокой осенью прошлого года заглянула к Вере Никитичне на огонёк, увидела к радости своей, что бабушка очень плоха, и уже больше не оставила её до самого конца. Регулярно посещала больную престарелую женщину и одновременно заботилась о том, чтобы Вера Никитична никому из родственников не сообщила о плачевном своём состоянии.

Между тем последней степени рак уже все жизненные силы бабушки подъел. День ото дня старушке становилось всё хуже и хуже, но никому из родных она не сказала об этом. Возможно, не подвернись ей под руку заинтересованная в исходе дела Ирина, бабушка бы и связалась с близкими людьми. Но Ирина решительно взяла её под свою опеку, так взяла, что Вера Никитична частенько называла чужую женщину именем своей родной дочери. Как бы там ни было, всё же с дочкой она прожила большую часть своей жизни, только последние восемь лет не было её рядом, и это обстоятельство тяготило женщину гораздо больше, чем если бы они по-прежнему были вместе, и она продолжала бы с нею ругаться по всякому поводу и без. Вера Никитична, конечно же, думала о своём единственном внуке, о том, как там с ним справляется её непутёвая (так она почему-то всегда считала) дочь. И о сыне под конец жизни всё чаще вспоминала. Однажды к ней в квартиру, ту самую, что получила она за погибшего на чужой войне сына, постучал мужчина примечательной чужестранной внешности с ребёнком и на ломаном русском попросил милостыню. Она немедленно связала его приход с погибшим сыном, потому что, скорее всего, он не погиб, просто его взяли в плен, и он там у них остался навсегда, женился, и дети у него наверняка есть. И вот этот мальчик не просто так в двери к ней постучался, возможно, он как раз и есть его сын, а стало быть, её внук. И она дала ему конфетку. Хорошую шоколадную конфетку, ведь не исключено, что это как раз её родная кровинушка и есть.

13-го декабря 13-го года Ирина со своими родственниками пришла навестить Веру Никитичну, и обнаружила её лежащей на полу. Бабушка обессилила совсем, упала и не смогла сама подняться. Разумеется, заботливые корыстные руки подхватили старушку, донесли до кресла. В этот знаменательный день, 13-го, в пятницу, смертельно больная женщина написала завещание. В нём всё своё имущество, и дом, и квартиру, и всё что в них и на сберкнижках (их у неё было ровно столько, сколько в городе функционирует банков, и она любила повторять, что яйца следует держать в разных корзинах), всё без остатка завещала Ирине. Уж как так вышло, что уже почти на смертельном одре всё своё богатство бабушка отписала чужой и по большому счёту плохо знакомой женщине, а про свою родную дочку и больного с самого рождения внука даже не вспомнила, остаётся для нас загадкой. Мы только можем предполагать, как это было на самом деле, свои разнообразные теории на этот счёт строить. Можно было, например, подсунуть бабушке таблетку промидола, и она, не обращавшаяся никогда к врачам за помощью, внезапно почувствовала облегчение от непрерывных болей и в порыве благодарности отказала всё, что имела своим благодетелям. Возможно, по другому, сценарий завоевания завещания развивался. Но оно было написано, в конце концов, факт остаётся фактом. И на суде это последнее её завещание было признано единственно законным.

Однако до суда были ещё похороны. На похороны Веры Никитичны приехала её единственная дочка, измотанная бесконечными трудностями и бедностью пятидесятилетняя женщина. Чтобы попрощаться с матушкой, влезла в долги, кредит оформила и – приехала. А когда она после похорон попыталась попасть в квартиру, которую им государство выделило за не пришедшего с войны сына и  брата, то её туда просто-напросто не пустили, помахав издалека завещанием. Дескать, нечего тебе здесь больше делать, мы тут отныне хозяева.

Дальше был суд, сначала первый, потом второй. Суд оставил завещание в силе. Надо полагать, потому, что это был гражданский суд, а не уголовный, где дело бы уже совсем под другим углом рассматривалось, и не дееспособность матушки в момент написания завещания рассматривал бы этот суд, а мошеннические уловки, с помощью которых оно, возможно, было написано, попытался бы обнаружить. Но, как бы там ни было, совершенно очевидными остаются следующие моменты. Во-первых, одиноких престарелых людей с  квартирами в буквальном смысле пасут не одинокие, исполненные жизненных сил и тёмных замыслов люди. Во-вторых, семейные раздоры никогда не бывают на руку близким людям, а чужим от этого частенько выгадывается немалая польза. Наконец, сама возможность подобных ситуаций заставляет задуматься: а так ли уж правильно, что такие важные документы как завещание, дарственная, договор ренты, оформляются без видеозаписи. Пришли же мы сегодня к тому (точнее, приходим), что все судебные процессы автоматически снимаются видеоаппаратурой, и это значительно облегчает разбирательство в судах высшей инстанции, всегда можно вернуться к показаниям на предыдущем суде, оценить объективность судьи и прочие моменты. Так почему бы не ввести в ранг обязательной видеосъёмку оформления у нотариуса завещания, дарственной и договора ренты, вокруг которых так часто возникают не просто споры, но очевидно уголовные истории. В любом случае, заснять процедуру оформления завещания и прикрепить её отдельным файлом к самому завещанию несложно. Зато как бы эта видеозапись помогла при разрешении множества возникающих позже споров, как бы она восстановлению справедливости помогла, не правда ли?

А пока имеет смысл посоветовать родственникам почившей Веры Никитичны обратиться в полицию, чтобы уголовное дело завели. Глядишь, повезёт, разберутся и факт мошенничества с составлением завещания докажут. А пока – вот так, как есть, всё и остаётся.

Читайте также

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Close