Публикации

В Казахстане идёт охота на пожилых людей с квартирами – 2

gn9h

Вдогонку к материалу  «Идёт охота на пожилых людей с квартирами» хотим поделиться впечатлениями, которые появились в ходе наблюдения за дальнейшей судьбой главного героя этой публикации. Напомним, про дедушку довелось написать, который жил всю жизнь в Алматы, в октябре прошлого года купил квартиру в Талгарском районе за 36 тысяч долларов, а спустя несколько месяцев подарил её вместе с мебелью и приобретённой по случаю новоселья бытовой техникой женщине, адвокату.

К ней он обратился случайно за консультацией, а в результате оформил дарственную взамен на расписку, написанную от руки, о том, что адвокатша обязуется заботиться о дедушке до конца дней его, кормить-поить и всяческую поддержку оказывать. Получившая в подарок квартиру женщина привезла деда в Семипалатинск, где живут её родственники, и она сама когда-то жила, поселила его сначала в однокомнатную съёмную квартиру, потом свою двушку ему предоставила, и вот так год почти он в нашем городе прожил.

Надо полагать, и дальше бы он так жил, тихо и неприхотливо по-стариковски, если бы родственники одаренной дедушкой адвокатши не поместили его в психушку. Они сначала выломали решётки на окнах (квартира, где он жил, на первом этаже расположена), вломились, словно бандиты какие-нибудь (по-моему, настоящие бандиты и есть), вытрясли из дедушки все, какие были у него, деньги (по словам главного героя 837 тысяч тенге) и упекли его в Центр психического здоровья, где он провёл восемь суток. Вызволила его оттуда подружка адвокатши. Она сильно возмущалась поведением родственников подружки. Предоставила дедушке кров в своей малогабаритной квартире с протекающим потолком (прямо с лампочки вода текла на непрезентабельный коврик, в зале расстеленный), вещи его перевезла к себе, пенсией воспользовалась (70 тысяч тенге дедушка получает). Это она к нам в редакцию его привела, чтобы мы помогли квартиру под Алматы вернуть и справедливость, таким образом, восстановить, хотя бы частично. А потом, когда и вторую пенсию возмущённая поведением адвокатши её подружка себе захватила, дед от неё сбежал. Вытребовал у новой своей благодетельницы 10 тысяч на билеты до Астаны (в оба конца) и буквально с одними билетами в кармане поехал в столицу на приём к самому главному прокурору. Не смотря, что слепой, старый и беспомощный, перед трудностями дальнего пути не остановился. На приём к прокурору попал, на адвокатшу пожаловался, и бумажку от важного человека привёз, о том, что он на приёме у него побывал. С одной этой бумажкой он и вернулся обратно в Семей. И прямо с автовокзала к нам в редакцию пожаловал: «Вот он я, идти мне некуда больше, пристройте меня куда-нибудь».

Как снег на голову. Мы накануне буквально другого дедушку в приют пристраивали, и нам очень даже понятно объяснили, что у них и без наших дедушек всё кругом переполнено. Того, предыдущего дедушку взяли, скрепя сердце (и то под гарантийное письмо, что необходимые документы, удостоверение личности и пенсионную его книжку, сами в недельный срок разыщем и в благотворительное заведение доставим). Но чтобы каждый день они у нас по дедушке принимали, так не бывает, это в принципе невозможно, нельзя этого допустить, нечего и обращаться.

Итак, человек оказался на улице, пойти ему некуда, никого знакомых в городе у него нет, да и сам город ему не знаком. Что с этим человеком делать? Как с ним поступить? Проще всего – ничего не делать и никак не поступать. Пусть пристроится где-нибудь под кустом, и душа за него пусть ни у кого не болит. Кстати, в большинстве случаев так и происходит (вон, престарелая Роза Захаровна 20 лет уже под открытым небом живёт, в районе Новостройки побирается, и нет до неё дела никому), выброшенные самой жизнью за борт люди обретаются на самых дальних её закоулках до скончания дней своих. И только в редких случаях судьба вдруг им улыбнётся, и они вновь к нормальной жизни вернутся. Мы даже, кажется, поняли, отчего эти счастливые случаи возвращения из жизни отшельнической в нормальную общественную жизнь так редки. Потому что в городе с численностью населения более трёхсот тысяч нет ни одного хотя бы сколько-нибудь приличного приюта. Собственно, и неприличного тоже нет. Правда, есть один дом престарелых, но поскольку места для новых постояльцев в нём не каждый день и даже не каждый месяц освобождаются (люди, слава Богу, в нём долго живут), то куда ж новых нуждающихся в жилье и уходе стариков девать? Можно, конечно, их по другим домам престарелых распределять (таковых в области 16), но, во-первых, и там места в ограниченном количестве и далеко не каждый день появляются, а во-вторых, сами по себе они никого не принимают, только через Красный крест. То есть, чтобы попасть в любой из 16-ти домов престарелых, испытывающий надобность в этом человек всенепременно должен попасть в Красный крест и вынести всё, что ниспошлёт ему судьба, пока он в этом богоугодном, казалось бы, заведении пребывает.

Многие думают, что Красный крест – это такая во всех смыслах благотворительная организация, которая всесторонне защищает права нуждающихся в социальной защите людей, безвозмездно предоставляет кров и медицинский сестринский уход. На самом деле не совсем так. До всесторонней защиты, тем более благотворительной, наш Красный крест не дотягивает не то, чтобы слегка, а очень сильно. Избушка на курьих ножках, что-то типа барака 50-х годов постройки в татарском крае с вывеской Красного креста и красного полумесяца рассчитана на 25 человек. Предполагается, что в нескольких комнатушках под одной дырявой крышей могут проживать одновременно 25 человек. Что им должно хватать одного туалета на всех (и женщины, и мужчины, все в одну очередь по утрам выстраиваются), одной душевой кабинки, одной тарелки  ячневой (или другой подобной) каши на завтрак, одной на ужин и ещё одной тарелки супа на обед. Им как раз и хватает всего этого, потому что другого нет и взять негде. Стоит ещё отметить, что вместо 25-ти  предусмотренных подопечных здесь ещё как минимум 20 не предусмотренных проживает. В общей сложности до 45-ти человек живут одновременно в избушке на курьих ножках, и обходится им это проживание 850 тенге в сутки из личного кошелька каждого проживающего. В общей сложности в месяц практически миллион тенге, между прочим, набегает. Немного, конечно. Если ещё учесть, что миллион ежегодно уходит на ремонт безнадёжно ветхого здания (давно на съеденные ремонтом деньги можно было бы новое здание построить), что сотрудников, которые работают в этом заведении, аж 20 целых человек, и все они зарплату получают, что расходы, как предвиденные, так и не предвиденные, каждый день случаются наверняка немаленькие, то, вроде, и немного навскидку выходит, по 850 тенге в сутки с каждого подопечного. Да только их ещё  где-то взять нужно, эти деньги, не у каждого они есть, и документы не у каждого имеются. – Проблема. Дополнительная проблема к той, что временный приют всегда донельзя переполнен. Вот и получается, что попасть в него бывает дюже не просто. А тем, что под открытым небом давно ночуют и за себя постоять вообще никак не могут, да и денег у них, как правило, нет, и вовсе очень трудно сюда попасть, практически невозможно. По крайней мере, это обстоятельство как-то объясняет сложившееся в городе положение с бездомными и беспризорными людьми. На них просто никто не обращает внимания, потому что определять их некуда.

Когда дедушка с Астаны приехал и к нам обратился, полагая, наверное, что мы всесильная организация, что-нибудь обязательно придумаем и поможем, мы, признаться, подрастерялись слегка. Обратились в Дом престарелых, там сказали, что у них закрытая организация (тюрьма что ли?),  не нужно туда обращаться, тем более, что мест у них нет и в ближайшее время не предвидится (откуда они могут знать про ближайшее будущее, и вообще про будущее, непонятно). К тому же приём подопечных – только через Красный крест, исключительно через него, поэтому – до свиданья. В свою очередь Красный крест принять никого не может, он и так переполнен в два раза. Оставался один только бомжатник, куда мы, разумеется, тоже обратились. Но и туда его не взяли, сказали, что взять не могут, потому что дедушка старый, вдруг с ним случится что-нибудь, кто тогда за него ответит? В течение полутора недель мы дедушку опекали, как могли, надеясь на место для него во всегда переполненном Красном кресте. В настоящее время он там пребывает в ожидании дальнейшей судьбы.

Вот так остался человек без квартиры (адвокатша давно уже её продала, деньги себе целиком присвоила), без вещей (вещи, какие у него были на последний момент, подружка адвокатши не отдаёт, себе, получается, их  присвоила), без денег, потому что пенсия всего один раз в месяц выдаётся, и этот долгожданный раз пока не наступил. В полиции, куда дед заявление написал о том, что его ограбили, упекли в психушку, что  его обманули, квартиру забрали, пообещав ухаживать за ним до гробовой доски, а теперь ему жить негде, так вот в полиции дело закрыли. В психушке, куда из полиции запрос был по поводу адекватности попавшего в переплёт дедушки, ничего не сказали по поводу этой самой его адекватности. Сказали, чтобы дед ехал в Алматы и в той бы психушке обследовался, чтобы ему там полный диагноз выписали (думаю, я правильно слово употребила: именно выписали, а не поставили).

Есть ещё слабая надежда на гражданский суд, куда дед может обратиться, наняв своего адвоката. Но и без того слабая надежда буквально на глазах тает, когда вспомнишь про все дедушкины обстоятельства. А обстоятельства складываются как раз из того, что человек – старый, слепой, малограмотный, по-стариковски упёртый (снова в Астану за правдой ехать собрался), беспомощный, даже жить ему негде, и помочь по большому счёту некому.

Непростая человеческая история. По иронии судьбы описывать её приходится день в день, когда страна день Конституции празднует. Кстати, сам главный герой как раз и напомнил лишний раз  про праздник: позвонил по мобильному телефону, поздравил. Хороший дедушка, не злобный, оптимистичный, сохранивший веру в торжество справедливости. Как бы так нам с вами сделать, чтобы эта вера напоследок не исчезла бы никуда, а наоборот, укрепилась? И чтобы не озлобился человек и таким же оптимистичным до конца остался. Разумеется, добиться этого не просто. Во всяком случае, справедливость, как мы видим, торжествовать не торопится. А наша психушка, в которую всех подопечных Красного креста привозят для обследования (необходимые справки для определения в дом престарелых собирают) не даёт нашему дедушке необходимого для дальнейшей благополучной жизни  заключения. То ли потому не даёт, что адвокатша, с которой дед судиться намерен, заинтересована в выдаче дедушке особого диагноза, то ли ещё почему – пока неизвестно. Ну а в том, что дедушка вполне адекватный, сомневаться не приходится. Если таких как он, начнут в психи записывать, тогда и всем остальным ничего хорошего от этой жизни ждать не придётся. В любой подходящий момент в спец учреждение упекут, всё имущество отнимут, и пожаловаться будет некуда, потому что от психов жалобы не принимаются, уголовные дела по их просьбе не заводятся, заявления в суд не принимаются и так далее, и тому подобное.

Следим за развитием истории дальше, как всё будет складываться, – расскажем.

Читайте также

4 Comments

  1. А есть ли у дедушки родственники? Да и в суд подавать надо на ту адвокатшу!

    1. Родственников у дедушки нет, именно поэтому он и попался на удочку мошенницы, которая пообещала ему пожизненный уход и заботу. Судиться он пока не может, так как адвокатша устроила ему справку о недееспособности. Дед пробыл 10 дней в больнице Красного креста, в настоящее время проживает на окраине города, находится под присмотром хороших людей. Они изыскивают возможности начать тяжбу с целью отсудить квартиру.

  2. Валентина Иванова/Крутик/ род . П. Семёновка, Бескарагайский край,Семипалатинской области.:

    мало боюсь,что email кто-то увидит : вот он – читайте!! Родилась на Семипалатинском полигоне, где уничтожали людей: славян, казахов, китайцев, уйгуров, немцев, читинцев и ингушей. У меня остались, уверена мои братья Горчхановы Борька и Тимка!!- 1 микрорайон, шк.97), всех моих друзей из района кинотеатра “Спутник” : Сашка Лебедев, Витька Лебедев ,Виталик Нестёркин,Ниночка Лебедева, Нуралы /ул.Баумана, рядом со школой 75- забыла фамилию , прости меня, Нурик! фимилию твою забыла, а ведь только что помнила./ Галка Мелькова, которую называла сестрой до того времени, пока не вызвала к себе на Камчатку, в Петропавловск – Камчатский.
    Сегодня забыла её новую фамилию.Те, кто учился в Алма-Ате , в шк. № 75, №65 ,№95 ,№111 очень хорошо помнят хулиганку Валю Иванову.Вспомнили? Расалят Аршитдинова ( шк 97-1 микрорайон), Валера Ральченко и жена его Надя, , Валюша Простина ( Летвинова), … Катя Виноградова…хочу увидеть тебя и твою дочь – мою племянницу… я хочу увидеть вас, Катя! Мой телефон 8(813)7-69706. Сегодня ленобласть. Но , думаю,что я вернусь в Казахстан очень скоро. После Нового года.Потому что люблю землю на которой родилась. Мои братья Горчхановы Борька и Тимка – 1 микрорайон. Красивая девочка Оленька Попова из шк. № 75. Помнишь меня ,Оля? Я осталась должна тебе красивый шёлковый платок – был дождь, а потом почему-то мы потерялись… Я вернусь в Алма-Ату и мы встретимся.Ниночка Лебедева,шк.75. Жила прямо за фасадам школы.Женька Зелинский- 3 микрорайон. Ах, как хочется сейчас всех перечислить… Я вернусь в Казахстан и вновь буду счастлива!

  3. Валентина Иванова/Крутик/ род . П. Семёновка, Бескарагайский край,Семипалатинской области.:

    мало боюсь,что email кто-то увидит : вот он – читайте!! Родилась на Семипалатинском полигоне, где уничтожали людей: славян, казахов, китайцев, уйгуров, немцев, читинцев и ингушей. У меня остались, уверена мои братья Горчхановы Борька и Тимка!!- 1 микрорайон, шк.97), всех моих друзей из района кинотеатра “Спутник” : Сашка Лебедев, Витька Лебедев ,Виталик Нестёркин,Ниночка Лебедева, Нуралы /ул.Баумана, рядом со школой 75- забыла фамилию , прости меня, Нурик! фимилию твою забыла, а ведь только что помнила./ Галка Мелькова, которую называла сестрой до того времени, пока не вызвала к себе на Камчатку, в Петропавловск – Камчатский.
    Сегодня забыла её новую фамилию.Те, кто учился в Алма-Ате , в шк. № 75, №65 ,№95 ,№111 очень хорошо помнят хулиганку Валю Иванову.Вспомнили? Расалят Аршитдинова ( шк 97-1 микрорайон), Валера Ральченко и жена его Надя, , Валюша Простина ( Летвинова), … Катя Виноградова…хочу увидеть тебя и твою дочь – мою племянницу… я хочу увидеть вас, Катя! Мой телефон 8(813)7-69706. Сегодня ленобласть. Но , думаю,что я вернусь в Казахстан очень скоро. После Нового года.Потому что люблю землю на которой родилась. Мои братья Горчхановы Борька и Тимка – 1 микрорайон. Красивая девочка Оленька Попова из шк. № 75. Помнишь меня ,Оля? Я осталась должна тебе красивый шёлковый платок – был дождь, а потом почему-то мы потерялись… Я вернусь в Алма-Ату и мы встретимся.Ниночка Лебедева,шк.75. Жила прямо за фасадам школы.Женька Зелинский- 3 микрорайон. Ах, как хочется сейчас всех перечислить… Я вернусь в Казахстан и вновь буду счастлива! То, что случилось с нами – это надо смело выправлять,уничтожать безжалостно предательство, воровство,бандитизм,чиновничий беспредел, который подчеркивает убийственное пренебрежение к нам, к людям Земли. Или я не права? Я люблю вас всех очень и хочу к вам вернуться. 05.10.14. Валя Иванова /Крутик/Чупина. Нужно возрождать человеческие отношения, чтобы не было тварей ,оде тех, кто обездоливает одиноких стариков. Уничтожать надо тех, кто пользуется доверчивостью людей одиноких и в приклонном возрасте. Не так ли? А настойчивости и знаний у нас хватит!!! Валя Иванова. /Крутик/Чупина

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Close