Главная / Публикации / Полтора метра

Полтора метра

Судебные тяжбы между близкими родственниками – особая животрепещущая тема. В ранг таковой она возводится автоматически чрезмерно высоким накалом страстей и ещё тем обстоятельством, что каким бы ни был вердикт судьи, надежды на восстановление добрых отношений между родственниками остаётся мало. Практически не остаётся никакой надежды. В этом-то как раз и заключается неизбывная горечь, жить с которой приходится после суда дальше.

zabor-300x300Пресловутые полтора метра, которые нужно отступать от граничащей с чужой территорией черты, а мы сплошь и рядом не отступаем, стали камнем преткновения и в этой истории. Но в отличие от многих других подобных историй, где люди судятся с предпринимателями, заехавшими краем своего бизнеса в их огород, здесь в качестве истицы выступила племянница, а роль ответчика соответственно досталась её родному дяде. Близкие родственники с одинаковой фамилией в паспортах, всегда проживавшие рядышком, в гости друг к другу ежедневно захаживавшие, стали в одночасье врагами, теперь даже и не здороваются друг с другом. А всё из-за чего? Из-за пустяка, оцененного истицей в один миллион тенге с хвостиком.

В 1935-м году родители нынешнего ответчика построили на одной из улиц Семипалатинска свой дом. Небольшой участок земли с небольшим новым домом на нём стал с тех пор верой и правдой служить большой и дружной семье, пережившей войну, тяжёлые послевоенные годы. Во времена, запомнившиеся старшему поколению временем строительства коммунизма, семья построила на своём участке ещё один дом. Вот в этом-то как раз доме и проживает теперь племянница, а дядя остался в родительском доме: так распределилось жильё по наследству вместе с земельным участком, находящимся в долевой собственности у героев повествования.

В 2009-м году, накануне 75-летия родительского дома, пришедшего в окончательный упадок, дядюшка, не уведомив племянницу, лишь со своею семьёй посоветовавшись, ветхий дом 35-го года постройки снёс и заложил на его месте фундамент для нового двухэтажного особняка. Пока шло строительство, добрые взаимоотношения между соседями-родственниками сохранялись. А в 2012-м году, когда на месте старой развалюшки вырос новый двухэтажный дом, племянница обратилась с иском в городской суд с требованием демонтировать дядюшкин коттедж, так как он воздвигнут на границе с её участком: положенные полтора метра родственник не отступил!

Стоит отметить, что владельцы новой недвижимости, действительно построившие её без необходимых согласований с отделом строительства, запаниковали. Ведь никому неведомо заранее, чем суд для него обернётся, а вдруг и правда заставят снести монументальное сооружение, к строительству которого семья много лет готовилась, деньги копила, мечтая о новом доме, просторном и безопасном в отличие от прежнего их жилища. Соблюдая золотое правило о том, что худой мир лучше доброй ссоры, дядюшка предложил племяннице пойти на мировую, даже выразил готовность деньги какие-то заплатить, чтобы родственница успокоилась и забрала бы заявление с иском из суда. Племянница это его предложение обдумала и выступила со встречным предложением. Она потребовала перевести на её расчётный счёт миллион тенге, оплатить покупку  5 800 кирпичей и работу по замене четырёх старых деревянных окон в её доме на новые пластиковые окна. Ещё она попросила замуровать новые пластиковые окна на втором этаже дядюшкиного особняка, чтобы эти окна на её огород не смотрели. Вот, собственно, и всё, больше ничего ей было не нужно. Но дядюшка засомневался в целесообразности такой сделки и обратился за помощью к юристу. И правильно поступил, как выяснилось в итоге. Серик Битебаев, представивший его интересы сначала в городском, а позже в областном суде,  отстоял право своего клиента жить в новом доме, построенном им на месте старого. При этом дядюшке не пришлось замуровывать свои окна и вставлять окна в соседнем доме, и выплачивать миллион не пришлось, и необходимость покупать кирпичи для племянницы тоже отпала.

Доводы о не соблюдённых полутора метрах, что легли в основу предъявленного племянницей дядюшке иска, были весьма основательными. Однако ответить на вопрос адвоката о том, почему она сразу не обратилась в суд, когда только что фундамент был заложен, а сделала это спустя несколько лет, когда дом уже был окончательно построен, женщина не смогла. Не сумела она также объяснить, почему старый дом, стоявший почти на том же месте, что и новый, её устраивал, а новый, построенный вместо старого и перенесённый, кстати, почти на метр дальше от её жилья, не устраивает. Да и доказательств тому, что находящийся в долевой собственности земельный участок имеет внутри себя дополнительные разграничивающие два дома линии, тоже нет никаких. Тогда о каких  полутора метрах  отступа от несуществующей границы она затеяла речь?

Решениями двух судов – городского и областного в иске о сносе коттеджа или выплате моральной компенсации за его дальнейшее пребывание на общем участке женщине было отказано. Она, разумеется, имеет право и дальше сражаться за снос жилья своих родственников. У нас же ещё Верховный суд в запасе имеется, а после ещё и Мировой. Но не зависимо от того, как будут развиваться события дальше, уже теперь совершенно очевидно: общего между близкими родственниками осталось совсем немного, пожалуй, одна только фамилия в их документах и осталась. А в жизни они теперь чужие люди, проживающие по несчастью на одном маленьком совместном участке, где прежде, многие десятилетия подряд жили их предки, собирался по праздникам их большой род. Всё это в прошлом навсегда осталось. А в ближайшем будущем женщине предстоит выплатить дядюшке деньги, которые он на судебные издержки потратил. Не миллион, конечно, который она от него получить хотела, но тоже значительную по нынешним жизненным меркам сумму. Вот же как бывает, когда алчность с завистью глаза застит.

Сезон в сезон не наступил!

— Ну нет у нас сенсаций! – так директор городской инфекционной больницы Талгат Жаканович Жунусов сразу же направил в нужное русло нашу с ним беседу. Между тем сезон максимального влияния всевозможных инфекций на жизнь человека уже настал – по календарю. Он традиционно начинается в разгар лета. К середине июля мест в стационаре, бывает, что и  не хватает. Но, не в этот раз. Как минимум третья часть всех больничных коек пустует, отделение стационара работает в обычном режиме. Директор явно этим обстоятельством доволен, только виду не показывает. Однако мы кого угодно из состояния равновесия вывести можем, и потому следующий вопрос такой:

— А ведь Вам, Талгат Жаканович, целую компанию с отравлениями нынешней ночью привезли из городского рестарана. Они там свадьбу праздновали, а теперь  вместо веселья на больничных койках лежат. Получается, если не арбузами на базаре, так закусками в ресторане народ потравиться может?

— Действительно, в первом часу ночи были к нам доставлены люди со свадьбы, двое взрослых и двое детей, но нет оснований говорить, что они в ресторане получили пищевое отравление. Если бы это было так, к нам бы до сих пор гости с той свадьбы поступали с подобными симптомами. Все четверо ещё до свадебного стола перекусили у себя дома, возможно, это и стало причиной болезни. Как бы там ни было, после промывания желудков пациенты чувствуют себя хорошо.

Ещё Талгат Жаканович отметил, что, не смотря на открывшийся уже сезон привозных арбузов и дынь, никаких последствий в виде свойственного притока обращений горожан в инфекционную больницу не наблюдается. Он пожелал всем нам продолжать неукоснительно соблюдать правила личной гигиены, проявлять бдительность при выборе продуктов питания для себя и своей семьи, всегда оставаться здоровыми и счастливыми. Вот, собственно, и всё, что нам было сказано, да разве ж этого мало?

Оставить комментарий

Авторизация через соц. сети: 

Ваш email нигде не будет показан. Обязательные для заполнения поля помечены *

*